Его оригинальное видение проблем графических изображений на плоскости заключалось, в частности, в том, что свойства линий, которые он называл элементами второй ступени художественной формы (первая ступень — точка), связываются со звуковым образом и с ощущением тепла или холода в зависимости от направления «движения» и формы. Каждое пространство внутри первоначальной плоскости (под которой понимается поверхность, на которой выполняется работа) индивидуально; оно обладает своей звучностью и внутренней окраской. Простую горизонтальную линию Кандинский определял как «наиболее лаконичную холодную форму движения в бесконечность». По его теории, линии различаются между собой температурой, что сравнимо с динамикой светового спектра от белого к черному, от холодного лирического начала до «полного напряжения драматизма в конце». Наибольшими возможностями в выражении эмоций обладают сложные (ломанные и кривые) линии и их сочетания [9.9].

В. Кандинский полагал, что созданный им «язык» позволит описать любые явления, сделать понятным внутренний эмоционально-духовный смысл художественного произведения и вызвать адекватное замыслу художника восприятие у наблюдателей (зрителей).

Учебные программы сочетали теорию с практической подготовкой в конкретных областях (обработка дерева и металла, ткачество и др.). Целью была подготовка учеников к созданию функциональных вещей, пригодных для массового промышленного производства и вместе с тем обладающих определенными эстетическими качествами. Мастерские Баухауза были лабораториями, где разрабатывались прототипы дизайна для промышленности. «Несмотря на то, что эти прототипы создавались вручную, — писал Гропиус, — их творцы должны были полностью разбираться в методах промышленного производства; поэтому Баухауз посылал своих лучших учащихся в ходе обучения работать некоторое время на фабрике».

В 1925 году под влиянием пришедшего к власти Блока реакционных буржуазных партий (сокращение бюджета школы на 50%, резкая критика и даже клевета) Баухауз из славного культурными традициями Веймара переезжает в город молодой авиационной и химической промышленности Дессау. Здесь В. Гропиус получил возможность спроектировать и построить новую резиденцию школы. При открытии нового комплекса зданий (1926) В. Гропиус провозгласил лозунг: «Искусство и техника — новое единство». В Дессау произошло дальнейшее становление педагогической системы и развитие принципов индустриального формообразования.

В эти годы экономическое положение Германии улучшилось. Промышленные предприятия заключают с Баухаузом большое количество контрактов. Школа начинает издавать собственный журнал и знаменитую серию своих работ, так называемых «Баухаузбюхер».

Возобновление работы Баухауза в Дессау происходило на базе практического применения предшествующего опыта, что привело к известным изменениям в организационной структуре и программах школы. Отделения керамики, скульптуры и живописи на стекле были упразднены. Вместо них были созданы два новых отделения: рекламы и полиграфии. Улучшилась работа на театральном отделении, созданном еще в Веймаре, но не имевшем возможностей для развития из-за отсутствия сцены. Профессорами школы были утверждены шесть бывших студентов: Иозеф Альберс, Герберт Байер, Марсель Брейер, Хиннерк Шепер, Жоост Шмидт и Гинта Штольц. При школе было организованно кооперативное общество, предназначенное для продажи патентов на изделия, проектировавшиеся в Баухаузе, и именовавшееся «Bauhaus G. m. b. Н».

Усилиями Мохой-Надя отделение работы по металлу перестало заниматься ювелирными изделиями и изделиями из драгоценных металлов, а полностью перешло на проектирование осветительной аппаратуры, предназначенной для массового производства. Отделение мебели прекратило выпуск резной, декоративной мебели, заменив ее изготовлением образцов для серийного производства.